Индия и Израиль рассматривают военный альянс против «исламского НАТО

В последние недели в индийских и израильских СМИ практически ежедневно появляются аналитические материалы, посвященные тому, насколько серьезным геополитическим вызовом для обеих стран стал Мекканский пакт. Официально именуемый Мекканским соглашением о совместной обороне, он был подписан 7 августа 2026 года в священном для мусульман городе Мекке президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом, премьер-министром Пакистана Шахбазом Шарифом и наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Сальманом. Соглашение заложило основу нового треугольника коллективной безопасности в Западной и Южной Азии, который СМИ и эксперты уже окрестили «исламским НАТО», поскольку ключевой принцип соглашения схож со ст. 5 Североатлантического договора: вооруженное нападение на любую из трех стран будет рассматриваться как нападение на всех.

Соглашение выросло из двустороннего саудовско-пакистанского пакта 2025 года. Интересы нового трехстороннего блока неизбежно входят в противоречие с амбициями Индии и Израиля. Накануне подписания документа, 6 августа, премьер-министр Индии Нарендра Моди провел телефонный разговор с израильским коллегой Биньямином Нетаньяху: они обсудили ситуацию в регионе и подтвердили готовность теснее укреплять стратегическое партнерство в изменившихся условиях. Вскоре после подписания Мекканского пакта в Сети появились сообщения, что Индия якобы предложила Израилю заключить аналогичное оборонное соглашение. МИД республики, впрочем, назвал эти новости фейком.

Как менялись отношения Индии и Израиля в последние годы и возможен ли между ними военный союз — разбирался РБК.

Как Индия углубляет политическое и экономическое сотрудничество с Израилем

В период премьерства Нарендры Моди, который возглавил правительство в 2014 году, отношения между Индией и Израилем были формально повышены до уровня стратегического партнерства. Решение об этом было принято в июле 2017 года, когда Моди нанес визит в Израиль, став первым индийским премьер-министром, посетившим эту страну. Спустя год ответный визит в Нью-Дели совершил Нетаньяху.

В феврале 2026 года Моди предпринял еще одну поездку в Израиль, где выступил перед израильским парламентом. Обращаясь к членам кнессета, он заявил, что Индия «неизменно и осознанно» поддерживает Израиль, а также выразил сочувствие в связи с атакой ХАМАС 7 октября 2023 года. Моди также подчеркнул, что «ни одна цель не может оправдать убийства мирных граждан». По итогам визита стороны подписали 16 меморандумов о взаимопонимании, которые охватывают сферы культуры, сельского хозяйства, инновационных технологий и производства гражданских беспилотников.

В последние годы активизировались и контакты на уровне внешнеполитических ведомств. Регулярно поддерживают связь министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар и глава МИД Индии Субраманьям Джайшанкар. В ноябре 2025 года Саар посетил Нью-Дели с официальным визитом, а в марте 2026 года между министрами состоялся телефонный разговор, посвященный стратегическому сотрудничеству и безопасности в Западной и Южной Азии.

В публичной дипломатии Индия занимает двойственную позицию: осуждая атаку ХАМАС на Израиль как теракт и выражая солидарность с израильским народом, она одновременно не отказывается от традиционной поддержки палестинской государственности и принципа «два государства для двух народов». В частности, страна выступает за членство Палестины в ООН, отстаивает верховенство международного права и акцентирует внимание на соблюдении прав мирного населения сектора Газа. Такой подход контрастирует с позицией многих стран глобального Юга, которые склонны занимать однозначно пропалестинскую позицию.

При Моди Индия стремится утвердиться в качестве самостоятельного игрока на международной арене и потенциального посредника, способного выстраивать рабочие отношения с разными центрами силы, в том числе с Израилем и арабским миром, поддерживающим палестинцев, и извлекать из этого политические и экономические выгоды.

Параллельно происходит укрепление индийско-израильских экономических связей. Еще в 2023 году индийский конгломерат Adani Group, специализирующийся в том числе на логистическом бизнесе, за $1,2 млрд купил порт Хайфы — крупнейший международный порт Израиля. За 2024–2025 финансовый год совокупный товарооборот Индии с Израилем составил $3,75 млрд — среди азиатских стран больше только у Китая. В феврале 2026 года партнеры начали переговоры о подписании соглашения о свободной торговле.

Обе страны заинтересованы и в расширении трудовой миграции из Индии в Израиль: с 2023 по 2026 год число индийских граждан на территории Израиля выросло с 18 тыс. до более чем 48 тыс., подавляющее большинство из них — наемные рабочие. В феврале 2026 года, после визита Моди, было подписано соглашение о дополнительном привлечении более 50 тыс. работников из Индии в течение ближайших пяти лет. Для Индии это способ решить проблему безработицы, а для Израиля — проблему нехватки рабочих рук, особенно обострившуюся после октября 2023 года, когда резко сократилось число работающих в стране палестинцев (по данным НПО Kav LaOved, с 100 тыс. до 8 тыс. человек).

С момента обретения независимости в 1947 году Индия последовательно занимала пропалестинскую позицию. В 1948-м она проголосовала в ООН против плана раздела подмандатной Палестины и отказалась признавать Израиль. Курс определялся антиколониальной солидарностью с арабами, поиском союзников в мусульманском мире и влиянием проарабски настроенного СССР. В 1950 году Нью-Дели все же объявил о признании Израиля де-юре, но не стал устанавливать с ним дипломатические отношения. В 1974 году Индия стала первой немусульманской страной, признавшей Организацию освобождения Палестины (ООП) единственным законным представителем палестинского народа.

Ситуация изменилась в 1990-х. В Индии возросла популярность правых партий, ориентированных на сближение с Израилем — в том числе из-за своей антимусульманской идеологии. Индийские власти также разочаровались в арабских государствах, не поддержавших Дели в конфликтах с Пакистаном. Распад СССР и крушение биполярного мира заставили Нью-Дели искать новых военно-политических партнеров. 29 января 1992 года Индия и Израиль официально установили дипломатические отношения.

Как Индия и Израиль стали поставщиками оружия друг для друга

Значительную долю товарооборота между Индией и Израилем составляет продукция военного назначения. Причем сотрудничество в оборонной сфере старше их дипломатических отношений: Израиль поставлял оружие Индии уже во время китайско-индийской войны 1962 года, а затем оказывал военную помощь в конфликтах с Пакистаном. На протяжении десятилетий Нью-Дели выступал преимущественно в роли покупателя и оставался одним из крупнейших потребителей израильских военных технологий.

В последние годы страны налаживают совместное производство и разработку вооружений. В 2018 году в Хайдарабаде, штат Телангана, конгломерат Adani и израильский оборонный концерн Elbit торжественно открыли завод по производству беспилотников Hermes. На момент открытия это было единственное производство средневысотных дронов большого радиуса действия класса Hermes 9 за пределами Израиля. Ранее партнеры также осуществили совместную разработку зенитно-ракетного комплекса (ЗРК) «Барак-8». Изначально сконструированный как корабельный, ЗРК «Барак-8» был адаптирован для сухопутных войск по запросу Индии.

По данным Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI), в 2021–2025 годах на Индию пришлось около 29% всего израильского экспорта оружия, что сделало страну крупнейшим импортером этой продукции. А затяжной конфликт на Ближнем Востоке привел к структурным изменениям в оборонном сотрудничестве двух стран. Ограничения на поставки отдельных категорий вооружений со стороны ряда западных стран и возросшие военные потребности подтолкнули Израиль к поиску альтернативных поставщиков. В итоге в 2023 году Индия существенно нарастила поставки Израилю оружия, боеприпасов и бронетехники, а израильские оборонные компании стали активнее переносить производство на индийскую территорию. Как отмечает The Jerusalem Post, за три года с начала войны в секторе Газа было зафиксировано приблизительно 2,6 тыс. случаев поставок индийской продукции военного назначения в Израиль. В результате еврейское государство стало рассматривать Нью-Дели не только как крупнейший рынок сбыта, но и как равноправного партнера.

Это выгодно обеим сторонам: Израиль компенсирует потери от ухода европейских поставщиков, а Индия получает доступ к передовым технологиям, необходимым для модернизации собственной армии. В 2025 году Моди объявил о запуске программы «Сударшан Чакра» — многоуровневой системы ПВО и ПРО с элементами искусственного интеллекта, предназначенной для защиты от воздушных и ракетных ударов. В основу проекта легла израильская система «Железный купол».

В ноябре 2025 года страны подписали меморандум о взаимопонимании в области обороны, промышленности и технологий. Документ был согласован на заседании совместной рабочей группы в Израиле, которую возглавили генеральный директор Минобороны Израиля Амир Барам и замминистра обороны Индии Раджеш Кумар Сингх. Как сообщает The Hindu со ссылкой на индийское министерство обороны, документ касается совместного производства вооружений и разработок в сфере высоких технологий, включая искусственный интеллект и кибербезопасность. Во время февральского визита Моди лидеры двух стран подтвердили стратегический характер военного сотрудничества и повысили его статус до «специального стратегического партнерства во имя мира, инноваций и процветания» с акцентом на совместное техническое развитие и наращивание высокотехнологичного производства.

Как эксперты оценивают перспективы сближения Израиля и Индии

Опрошенные РБК эксперты отмечают, что сближение Индии и Израиля продиктовано целым комплексом исторических, внутриполитических и внешнеполитических факторов.

Старший научный сотрудник Института стран Азии и Африки МГУ Илья Спектор отметил, что большую часть второй половины XX века отношения между двумя странами были «практически на нуле», несмотря на формальное признание Индией независимости еврейского государства. В Индии сторонники укрепления двусторонних связей, предшественники Нарендры Моди, видели в Израиле потенциального партнера по двум причинам: общая ориентация стран на США и восприятие Израиля как идеального государства, основанного на религиозной идеологии и противостоящего мусульманскому миру. В 1990-х к этому добавился экономический фактор, а также то обстоятельство, что арабский мир перестал быть единым — появилась возможность одновременно развивать отношения с нефтяными монархиями Залива, которые поставляли в Индию нефть, и с Израилем. В итоге Нью-Дели начал с ним активное сотрудничество.

Отношения Индии и Израиля на нынешнем этапе Спектор охарактеризовал как союзнические. Их характерной особенностью является то, что политики из обеих стран идеализируют друг друга и имеют слабое представление о реалиях на местах. «В их представлении есть некий небесный Израиль и некая небесная Индия», — пояснил эксперт. А фактор наличия большой мусульманской общины в Индии (по данным переписи 2011 года, она составляет 14,2% населения) для Моди не имеет никакого значения, поскольку она не относится к его электорату, отметил он.

Научный сотрудник ИМЭМО РАН Людмила Самарская обратила внимание, что сотрудничество с Индией хорошо вписывается в генеральную повестку внешней политики Израиля. «Иерусалим стремится максимально диверсифицировать свои международные контакты, сохраняя особый статус отношений с США, и отношения с Индией в полной мере вписываются в многовекторную внешнеполитическую стратегию Израиля», — объяснила она. По словам эксперта, одним из объединяющих обе страны аспектов служит противодействие радикальному исламизму и международному терроризму. Самарская напомнила, что развитие этих отношений поддерживается США: именно под американским давлением Израиль был вынужден сократить сотрудничество с Китаем в сфере безопасности еще в 2000-х годах.

По мнению младшего научного сотрудника ИМЭМО РАН Глеба Макаревича, подписание Мекканского пакта «одновременно и повлияет, и не повлияет на развитие индийско-израильских отношений». Документ, безусловно, станет еще одним предлогом для развития военно-политического сотрудничества, пояснил эксперт РБК, но взаимодействие Индии и Израиля и так развивается «семимильными шагами», и им не нужен внешний фактор, чтобы это сотрудничество углублять.

Однако Макаревич подчеркнул, что преждевременно говорить о трансформации сотрудничества Израиля с Индией в полноценный военный союз. Во-первых, это не в интересах Индии, чье руководство отказывается вступать с другими странами в полноценные военные альянсы с четко прописанными обязательствами. Во-вторых, значимость пакта кажется переоцененной — никаких взаимных обязательств у стран-участниц нет. Эксперт напомнил, что на следующий день после подписания соглашения хуситы обстреляли Саудовскую Аравию, однако никакой реакции на атаку со стороны участников пакта не последовало.

С этим мнением согласна и Самарская. «В условиях израильской вовлеченности в конфликт на Ближнем Востоке на различных фронтах военный альянс с Индией создал бы для любого партнера Израиля непропорциональные риски», — отметила она. Немаловажен и иранский фактор: эксперт пояснила, что Нью-Дели вряд ли будет заинтересован в заключении договоренностей, которые могут быть восприняты как направленные против Ирана. Но даже без полноценного заключения военного альянса Израиль доверяет Индии. «На нынешнем этапе Индия воспринимается как крайне дружественная страна. Для пересмотра отношений в любой перспективе у Израиля пока нет оснований», — подытожила Самарская.

Как вы думаете, создаст ли альянс Индии и Израиля противовес исламскому блоку?