Как Япония меняет оборонную стратегию из-за действий Китая и КНДР

4 августа 2026 года кабинет министров Японии одобрил очередную «Белую книгу», посвященную обороне: документ, отражающий официальный взгляд Токио на военные угрозы и приоритеты собственного военного строительства. Работа над ней шла в течение года, объем книги составил рекордные 598 страниц.

Министерство обороны традиционно готовит к японскому тексту краткие дайджесты на японском, английском и китайском языках, а в этом году впервые были подготовлены и короткие пояснительные видеоролики. От прошлогодних версий нынешнюю «Белую книгу» отличает и обложка, выполненная в стиле аниме: вместо стандартных изображений войск и вооружений на ней — группа улыбающихся молодых людей на фоне футуристического городского пейзажа. Автор иллюстрации — популярная в сети художница Хитоми Кария. В пояснении к обложке говорится, что рисунок отражает ключевую тему «Белой книги» — «Безопасность, устремленная в будущее».

Перед публикацией документа японские власти провели масштабную реформу в сфере разведки. 31 июля 2026 года в стране начало работу Национальное разведывательное бюро — первый со времен Второй мировой войны централизованный орган разведки, созданный на основе Правительственного управления разведки и исследований (CIRO), где работало около 700 человек. Бюро займется сбором и анализом данных МИД, Минюста, Минобороны и полиции; надзор за ним возложен на новый Национальный разведывательный совет, который возглавила премьер-министр Санаэ Такаити.

Что в «Белой книге» сказано о внешних угрозах

Несмотря на позитивный тон обложки, в предисловии, написанном министром обороны Японии Синдзиро Коидзуми, подчеркивается, что страна находится в наиболее сложном со времен Второй мировой войны положении. «В Восточной Азии нельзя исключать возможность возникновения ситуации, способной подорвать основы послевоенного стабильного международного порядка», — предостерегает глава ведомства.

Коидзуми отмечает, что на фоне новых вызовов Япония в прошлом году досрочно довела оборонные расходы до 2% ВВП, а на 2026 финансовый год на военные нужды впервые выделено более ¥9 трлн (около $58 млрд). Основная часть этой суммы — ¥8,809 трлн — приходится на Программу наращивания обороноспособности. В нее, в частности, включены закупка модернизированных противокорабельных ракет Type-12, развертывание системы беспилотных аппаратов SHIELD и совместная с Великобританией и Италией разработка истребителя нового поколения. Еще ¥226 млрд предназначены на передислокацию и реорганизацию американских войск в Японии. В конце апреля министр сообщил, что совокупный оборонный бюджет, с учетом ассигнований Береговой охране Японии, а также расходов на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, инфраструктуру и кибербезопасность, осуществляемых другими министерствами и ведомствами, — составил ¥10,6 трлн.

В «Белой книге» перечислены ключевые вызовы безопасности Японии, наиболее серьезным из которых названа «активизация односторонних попыток Китая изменить статус-кво с использованием силы или давления». «Противодействие этому вызову требует от Японии мобилизации всей совокупной национальной мощи, а также взаимодействия и сотрудничества с союзником, единомышленниками и иными заинтересованными сторонами», — говорится в документе. В качестве конкретных примеров приводятся опасные сближения китайских истребителей с самолетами Сил самообороны, действия китайских авианосцев у Иводзимы и Окинавы, а также декабрьский инцидент с прерывистым наведением радаров истребителя J-15 на японские F-15. Отмечено, что за 2025 год Воздушные силы самообороны Японии поднимали истребители на перехват китайских самолетов 366 раз (в 2024-м — 464; рекордный показатель, 851, был зафиксирован в 2016-м).

В докладе также зафиксирована обеспокоенность ростом американо-китайского противостояния и военной активностью КНР в Южно-Китайском море и у побережья Тайваня. «Военный баланс между Китаем и Тайванем быстро смещается в пользу Китая. Опасения вызывают попытки добиться объединения через действия в «серой зоне», включая возможную блокаду Тайваня блокаду при помощи кораблей береговой охраны», — говорится в документе.

«Серьезной и все более неотвратимой угрозой» названы усилия КНДР по наращиванию ракетно-ядерного потенциала. В Токио полагают, что Пхеньян, вероятно, уже обладает способностью оснащать баллистические ракеты ядерными боеголовками, дальность действия которых охватывает всю территорию Японии. Отдельно отмечен риск усиления военного потенциала Северной Кореи за счет сотрудничества с Россией.

Другой раздел «Белой книги» посвящен активности России на Дальнем Востоке. Министерство обороны Японии сообщает, что в 2025 году неоднократно фиксировало полеты бомбардировщиков Ту-95 в сопровождении истребителей (в 2025 году японские ВВС поднимали истребители на перехват российских самолетов 214 раз; в 2024-м — 237). Токио также обеспокоен стратегическим партнерством Москвы и Пекина. В частности, в документе указано, что они расширяют районы совместных морских патрулирований, а в августе 2025 года в них впервые участвовала подводная лодка. Увеличиваются масштабы совместных полетов бомбардировщиков; в декабре 2025 года российские и китайские самолеты впервые совершили дальний перелет над Тихим океаном до района у побережья японского острова Сикоку.

В «Белой книге» 2023 года Россия впервые была названа «наиболее значимой и непосредственной угрозой в Европе». В издании 2024 года впервые допускалась возможность, что в Восточной Азии повторится ситуация, аналогичная украинскому кризису. А в версии 2025 года в разделе, посвященном действиям российских военных в районе Южных Курил, уже говорилось об их «незаконной оккупации». Аналогичная формулировка использована и в нынешнем документе.

Как заявил РБК доцент кафедры востоковедения МГИМО, старший научный сотрудник Центра японских исследований Института востоковедения РАН Владимир Нелидов, включение России в число угроз японской безопасности вряд ли осложнит двусторонние отношения, поскольку «осложнять уже сильно больше некуда»: политический диалог между странами сегодня практически отсутствует, во многом из‑за антироссийских санкций, введенных Токио. Эксперт отметил, что японская внешняя политика не отличается особой «инициативностью и творческим подходом», поэтому возврат к полноценному диалогу, скорее всего, возможен лишь в рамках общего урегулирования отношений России с Западом после завершения конфликта на Украине. «До окончания СВО, я думаю, никакого отдельного трека с Японией не возникнет», — предположил Нелидов.

Как Япония усиливает военное строительство

«Белая книга» вышла спустя девять месяцев после того, как премьер-министром Японии стала Санаэ Такаити — первая женщина на этом посту и убежденная сторонница наращивания обороноспособности страны. Показательно, что нынешняя редакция документа впервые прямо увязывает военное строительство с экономическим процветанием: укрепление обороны рассматривается не только как способ обеспечения безопасности, но и как условие для стабильного экономического роста. В частности, в «Белой книге» говорится, что рост числа оборонных заказов приведет к созданию новых рабочих мест, экономическому оживлению регионов, а также передаче передовых технологий в гражданский сектор. «Оборонно-промышленный сектор обладает высокой социальной ценностью, поскольку напрямую участвует в обеспечении безопасности жизни граждан и стимулирует экономический рост Японии через позитивные эффекты в гражданских отраслях», — говорится в дайджесте к документу.

По оценке Нелидова, японское общество расколото по вопросу военной политики. Консерваторы, в том числе значительная часть сторонников правящей Либерально-Демократической партии (ЛДП), поддерживают дальнейшее укрепление военной мощи в рамках союза с США для противодействия угрозам Китая и КНДР — но без возврата к милитаризму 1930-х. Левые и левоцентристские силы, напротив, видят в этом опасный отход от пацифизма. А нынешняя «Белая книга», по мнению эксперта, не содержит радикальных новшеств и продолжает прежний курс, поэтому не должна негативно сказаться на рейтингах правительства. Более того, жесткая позиция Такаити по тайваньскому вопросу, стала одним из факторов серьезной победы ее партии на выборах в нижнюю палату в начале 2026 года. «Консервативные избиратели как раз этого и хотят», — пояснил Нелидов.

В рамках военного строительства кабинет Такаити планирует провести ускоренный пересмотр «трех стратегических документов» — Стратегии национальной безопасности, Стратегии обороны и Программы укрепления обороны, принятых в 2022 году на десятилетний срок. Их пересмотр намечался на 2027 год. 24 октября 2025 года, выступая с программной речью в парламенте вскоре после вступления в должность, Такаити заявила о планах завершить этот процесс уже к концу 2026-го. В тот же день Министерство обороны провело первое заседание нового «Штаба по продвижению трансформации оборонных возможностей», посвященное ускоренной реализации действующих редакций «трех стратегических документов».

21 июня 2026 года японское правительство приступило к обсуждению включения в доктринальные документы «новых методик обороны». О них говорится и в нынешней редакции «Белой книги»: например, подчеркнута необходимость адаптации к новым методам ведения боевых действий, которые включают массовое использование дешевых беспилотных систем и применение искусственного интеллекта (ИИ) при принятии решений.

Как стало известно в ноябре 2025 года, администрация Такаити рассматривает возможность исключения из доктринальных документов упоминания о «трех неядерных принципах», сформулированных в 1967 году и фиксирующих обязательство Японии не производить, не иметь и не допускать размещения ядерного оружия на своей территории.

По мнению Нелидова, речь не идет о создании собственного японского ядерного арсенала — страна остается участником Договора о нераспространении. Реалистичным вариантом в средне- и долгосрочной перспективе эксперт считает совместное использование американского ядерного оружия по модели, действующей в Германии и других странах НАТО (Nuclear Sharing), когда на территории государства-союзника размещены американские ядерные силы, а страна размещения получает определенное участие в принятии решений об их применении. По прогнозу Нелидова, подвижки в этом вопросе возможны в течение нескольких следующих лет.

Такаити также выступает за пересмотр «пацифистской» статьи 9 Конституции Японии, провозглашающей отказ от войны как средства решения международных споров и запрет на создание полноценных вооруженных сил. В апреле премьер заявила, что планирует представить проект поправок к Основному закону к следующему съезду ЛДП. В рамках коалиционного соглашения с Партией инноваций стороны договорились создать комитет по подготовке конституционных изменений, и в прошлом году он начал работу. На его площадке продолжаются дискуссии, и пока позиции партнеров расходятся. Партия инноваций настаивает на удалении второго абзаца статьи 9: он запрещает содержание «сухопутных, морских и военно-воздушных сил, равно как и других средств войны», — и на прямом закреплении в Конституции существования «армии национальной обороны». ЛДП под руководством Такаити придерживается более осторожной позиции и предлагает лишь добавить подпункт, который зафиксировал бы наличие Сил самообороны, не отменяя пацифистских формулировок первого и второго абзацев.

По мнению Нелидова, одна из причин затянувшегося спора о поправках — существующая, по мнению части юристов, правовая коллизия: Силы самообороны есть, но их наличие может интерпретироваться как противоречие Конституции. Эксперт подчеркивает, что процесс конституционной реформы фактически не запущен, единого мнения, что именно менять, нет, а в ближайшие годы пересмотра Конституции, скорее всего, не произойдет: находящиеся у власти консерваторы вхотят реализовывать свои планы в рамках текущих положений основного закона. «Общественное мнение по вопросу Конституции расколото примерно 50 на 50. Для пересмотра Конституции нужно две трети голосов в каждой из палат парламента, и в верхней палате сейчас такого большинства нет. Потом поправки нужно выносить на референдум — и это слишком рискованно. Если их не одобрят, это будет большим политическим провалом для правящей партии», — заключил эксперт.